Тяжелые Танки СССР | Танки СССР | Экспериментальные Танки СССР


Тяжелые Танки СССР — Экспериментальные Танки СССР

События в Испании заставили и руководство страны, и конструкторов уже в который раз задуматься об усилении бронирования и вооружения советских танков в преддверии совершенно явно назревавшей войны. Впрочем, подобная работа никогда и не прерывалась. Так, одновременно с передачей танка Т-35 в серийное производство был решен и вопрос о его замене еще более мощным и совершенным танком, работы над проектом которого начались в мае-июне 1933 г. Параллельно с разработками отечественных конструкторов рассматривался проект 100-тонного танка ТГ-6 (конструкция Гроте) и 70-тонного танка итальянской фирмы «Ансальдо».


Советский сверхтяжелый танк Т-39-1

Танк Гроте являлся сверхтяжелым экспериментальным танком и представлял собой настоящий танковый крейсер, также имевший 5 башен, из которых главная вооружалась 107-мм орудием, а другие должны были иметь 37/45-мм орудия и пулеметы. Наши отечественные проекты, разработанные Н. Барыковым и С. Гинзбургом, представляли собой 90-тонные машины, имевшие 50-75-мм броневую защиту. Первый танк по проекту вооружался двумя 107-мм, двумя 45-мм орудиями и 5 пулеметами. Второй отличался только вооружением — одно 152-мм, три 45-мм орудия и 4 пулемета, и один огнемет в задней башне. Варианты признали удачными и построили в виде макетов в 1/10 натуральной величины. Тут же выяснилось, что производство одного опытного варианта танка, который получил обозначение Т-39, потребует около 3 млн рублей и срок около одного года, вследствие чего его главным образом и отклонили.


Советский экспериментальный танк Т-46-5, 1937 г.

В 1937 г. КБ Харьковского паровозостроительного завода (ХПЗ) получило задание на проектирование нового тяжелого танка прорыва на базе Т-35. Заданием предполагалось создать трехбашенную машину массой 50-60 т с броней 75-45-мм, вооруженную одной 76-мм, двумя 45-мм пушками, двумя крупнокалиберными и 6 стандартными танковыми пулеметами. В новом танке предусматривалось использовать трансмиссию и ходовую часть от Т-35. Однако КБ ХПЗ, и без того не имевшее значительных сил для такой сложной работы, было значительно ослаблено репрессиями, коснувшимися наиболее квалифицированных инженеров. Поэтому, несмотря на многочисленные требования, к началу 1938 г. здесь сумели провести только эскизную проработку 6 вариантов нового танка, различавшихся размещением вооружения.

В апреле 1938 г. к этой работе было решено подключить ленинградский Кировский завод (ЛКЗ) с его мощной производственной базой и опытом серийного производства танка Т-28, а также завод № 185 им. Кирова, кадры которого, в свою очередь, имели богатый опыт по разработке новых образцов боевых машин. Первый завод проектировал танк СМК («Сергей Миронович Киров»), ведущий инженер машины А. Ермолаев; второй — изделие 100 (или Т-100), ведущий инженер машины Э. Палей. К этому времени на Кировском заводе в Ленинграде под руководством инженера М. Зигеля уже был изготовлен танк Т-46-5 (Т-Ш), имевший противоснарядное бронирование. Вооружение у него оставалось на уровне легкого танка Т-26: 45-мм пушка, 2 пулемета в башне и еще один — зенитный. Скорость 30 км/ч, экипаж 3 человека. Бронирование машины было беспрецедентным: при общем весе в 32,2 т танк имел 60-мм броню на корпусе и 50-мм — на башне.


Советский тяжелый танк прорыва СМК. Карельский перешеек, зима 1939 г.

В серию он не пошел как из-за недоработанности самой конструкции, так и из-за отсутствия тактических требований к машинам такой степени бронирования, но опыт конструкторам он дал. Неудивительно поэтому, что работа над танками СМК и Т-100 продвигалась достаточно быстро: СМК был готов к 1 мая, а Т-100 — к 1 июня 1939 года. 9 декабря проекты новых машин и их модели рассматривались на заседании Политбюро ЦК ВКП(б) и Комитета обороны.


Советский тяжелый танк прорыва Т-100, ноябрь 1939 г.

Три башни располагались на танках одна за другой так, чтобы средняя башня возвышалась над концевыми, словно на боевом корабле. Сталину это не понравилось и заднюю башню убрали, чтобы использовать ее вес на усиление бронирования. И СМК, и Т-100 внешне были очень похожи и практически совершенно одинаково вооружены. Разница заключалась в подвеске. На СМК впервые в советском танкостроении использовались торсионы (до этого они устанавливались лишь на опытном танке Т-28) — стальные валы с балансирами для колес, работавшими на скручивание, когда танк наезжал на препятствие. На Т-100 применялась подвеска с листовыми рессорами, которые сверху защищались броневым экраном.

Танки были построены и переданы на испытания, которые начались в ночь с 31 июля на 1 августа 1939 г. Одновременно конструкторы Т-100 посчитали возможным разработать на его базе еще более мощный танк Т-100Z, вооруженный 152-мм гаубицей М-10 в главной башне, и САУ, вооруженную 130-мм морским орудием, использовавшимся в это время на крейсерах и миноносцах ВМФ. Что же касается Кировского завода, то здесь кроме заказанного СМК был разработан еще и однобашенный танк КВ («Клим Ворошилов»), ведущие инженеры А. Ермолаев и Н. Духов. Танк имел укороченную ходовую часть СМК, броню толщиной 75-мм и по первоначальному замыслу целых два орудия в башне, 45-мм и 76-мм.


Советский опытный тяжелый танк КВ, сентябрь 1939 г.

Новый танк по результатам испытаний осенью 1939 г. приняли на вооружение 19 декабря, а уже 17 февраля 1940 г. его отправили вместе с танками СМК и Т-100 на фронт начавшейся Советско-финляндской войны, где наши войска никак не могли прорвать укрепленную финнами «линию Маннергейма». Обычно все новые машины держат в секрете, чтобы в надлежащий момент использовать неожиданно и массированно. Но в данном случае речь шла о престиже СССР и РККА, а также самого Сталина. Вот почему с возможной утечкой информации об этих танках решили не считаться. Все 3 машины участвовали в боях, и хотя огнем противотанковых орудий калибра 37-47-мм им были нанесены некоторые повреждения, пробить их броню такие пушки оказались не в состоянии. Когда СМК подорвался на фугасе во время движения в глубине финской обороны, был тяжело поврежден и брошен экипажем, а эвакуировать тяжелую машину с разбитым шасси даже при помощи нескольких танков Т-28 так и не удалось. Однако и финны его трогать не стали — то ли не смогли, то ли их куда больше интересовали подбитые серийные Т-28, которые можно было восстановить и использовать, нежели какую-то одиночную машину неизвестного им типа, так что после прорыва «линии Маннергейма» танк вновь оказался в наших руках. Впрочем, чтобы доставить танк обратно на завод, его пришлось разобрать, а на заводе его уже больше не собирали и не восстанавливали.


Тяжелый танк КВ-2

Тут выяснилось, что 76-мм пушки танков КВ-1 слишком слабы для разрушения вражеских укреплений, поэтому было решено в срочном порядке вооружить этот танк 152-мм гаубицей в новой башне увеличенного размера. Машине присвоили индекс танк КВ-2, при этом нужно заметить, что в истории танкостроения найдется немного примеров, когда такое мощное орудие устанавливалось на танке во вращающейся башне, да еще когда при первоначальном проектировании на установку подобного вооружения он не рассчитывался. Неудивительно, что многие специалисты высказывали сомнения относительно того, сможет ли выдержать ходовая часть отдачу при выстреле (особенно из орудия, развернутого на борт). Однако испытания показали, что танк сможет действовать, поэтому на Кировском заводе тут же сделали 4 таких машины. Испытывали их снова на Карельском перешейке, где они бетонобойными снарядами в упор расстреливали гранитные надолбы на «линии Маннергейма». Когда один из танков вышел из боя, на его броне оказалось 48 вмятин от бронебойных снарядов, но ни один из них не пробил броню. Естественно, что танк КВ-2 тут же приняли на вооружение и до второй половины 1941 г. серийно производили на Кировском заводе.

Оцените статью
protank.su
Adblock
detector