Производство танка КВ-2

Серийное производство танка КВ-2. Как производились танки КВ-2.

Для исправления ситуации с качеством машин на специальном совещании у директора Кировского завода, прошедшем 17 июля в присутствии начальника бронетанкового управления ГАБТУ КА военинженера 1 — го ранга Коробкова, в срочном порядке приняли ряд решений, как по улучшению существующих агрегатов КВ, так и разработке новых. В результате, к концу месяца спроектировали два варианта бортовых фрикционов, новый сухой воздухофильтр, замок на коробку перемены передач и ряд других агрегатов. В августе их испытали на танке У — 1, который находился на заводе в качестве опытной машины, и часть из них ввели в серийное производство.

Всего за август 1940 года военпреды приняли 20 танков КВ (из них 10 КВ-2), еще два танка прошли заводской пробег, и 8 корпусов находилось на монтаже.

Здесь хочется сделать небольшое отступление и рассказать о том, как велся учет изготовленных на Кировском заводе КВ, а также их приемка и отправка в войска. Многие авторы, занимающиеся историей отечественного танкостроения того времени, зачастую говорят о том, что довольно сложно подсчитать реальный выпуск танков, пишут о якобы имевших место приписках и беспорядке, царившем в советских документах того времени. На самом деле, система учета и отчетности в СССР была довольно жесткой, очень четкой и логичной. Ни о каких «приписках» или «двойной бухгалтерии» и речи не было. Посмотрим, как обстояло дело на самом деле.

Прежде всего, между заказчиком (ГАБТУ КА) и исполнителем (в нашем случае Кировским заводом) заключался «Договор на продукцию, сдаваемую через военпреда Заказчика». В этом документе определялись цены на танки, порядок их приема, отправки и оплаты, сроки поставки и т.п. Что касается приемки готовых машин КВ, то она велась по определенной схеме, утвержденной ГАБТУ КА и наркоматом тяжелого машиностроения (в состав последнего входил Кировский завод) специальными приказами и директивами. Это происходило следующим образом.

После того, как танк был собран, он принимался отделом технического контроля (ОТК) завода, а затем направлялся в 40 — километровый заводской пробег для проверки правильности монтажа и регулировки узлов и агрегатов. После устранения выявленных недостатков (если они обнаруживались), КВ поступал на сдаточный 50 — километровый пробег (в документах он еще именовался военпредовским), который проводили представители военной приемки ГАБТУ КА при участии ОТК завода. Машина считалась принятой, если она прошла эту дистанцию без серьезных поломок. В случае, если в танке что — то ломалось, после ремонта он поступал на так называемый контрольный пробег (еще назывался контрольно — сдаточным), в котором проверялась работа отремонтированного узла или агрегата. Километраж данного испытания определялся военпредом. Несмотря на указания ГАБТУ КА о минимально возможном километраже при пробегах (чтобы сберечь моторесурс новых танков для их последующей эксплуатации в войсках), некоторые КВ, особенно сборки 1940 года, ходили в контрольные пробеги 3 — 4 раза, пройдя при этом до 180 км.

Помимо ГАБТУ КА приемку КВ вели также представители других ведомств. Так, военпреды Главного артиллерийского управления Красной Армии принимали установку орудий, пулеметов ДТ, оптических прицелов, работу подъемного и поворотного механизмов. Военпреды Управления связи РККА осуществляли прием и контроль за работой радиостанции 71 — ТК — З и танкового переговорного устройства.


Испытание танка КВ с большой башней. Район Ленинграда, июнь 1940 года. Хорошо видна крыша танка.

После приемки всеми военпредами машина поступала в малярный цех, где ее мыли и окрашивали. Затем КВ направляли на участок окончательной сборки, где проверяли подтяжку всех соединений, заправляли танк горючим, снабжали его ЗИПом, инструментом. Здесь же танки КВ осматривал представитель ОТК завода, после чего танк вновь предъявляли военпреду ГАБТУ КА, который принимал его под пломбу — в таком виде машина ждала отправки в войска. Кстати, если танк оставался в распоряжении завода (например, для проведения опытных работ) это тоже отражалось в документах военной приемки.

При начале изготовления на заводе на каждый танк КВ заводилось так называемое дело машины, в которое вносились номера корпуса, башни, двигателя, пушки, коробки перемены передач и т.д., а также информация о ходе ее сборки (включая фамилию бригадира), дефектах, обнаруженных в ходе заводского и военпредовского пробегов. При окончательной приемке каждого КВ составлялся акт, который подписывали представители Кировского завода (в 1940 — 1941 годах начальник танкового отдела Ланцберг) и старший военпред (в 1940 — 1941 годах военинженер 2 — го ранга А. Шпитанов). Отметка об этом делалась в деле машины, а также в журнале пробегов и журнале окончательно принятых танков (два последних вели военпреды). Только после составления акта приемки заказчик (ГАБТУ КА) выписывал исполнителю (Кировскому заводу) документы на оплату танка.

При передаче КВ в войска на него заводился формуляр, содержащий основные сведения о машине (номер корпуса, башни, двигателя и т.п.), который отправлялся вместе с танком. Дело машины оставалось на заводе — в случае поступления рекламации из армии по нему легко можно было установить тех, кто допустил некачественную сборку.

При отправке КВ в войска из части, в которую они направлялись, приезжали приемщики — как правило, механики — водители с несколькими техниками — командирами, а также отделение охраны. Старший команды принимал у военпреда танки, а также положенный ЗИП (в том числе и ротный), о чем составлялся соответствующий акт. КВ грузились в эшелон и обязательно закрывались брезентом — до начала войны отправлять танки открыто не разрешалось. Также категорически запрещалась отправка танков без представителей воинской части: за этим строго следили и такой практики ни до войны, ни после ее начала не было. Теперь что касается учета изготовленных танков. Заводы промышленности направляли в вышестоящую инстанцию (наркомат) декадные, ежемесячные, квартальные и годовые сводки о выполнении плана. В них указывалось количество собранных за каждый месяц танков, принятых ОТК, прошедших заводской пробег и предъявленных представителям военной приемки на заводе. Таким образом, можно говорить о том, что промышленность предоставляла ежемесячные сведения о числе окончательно собранных машин.

Военпреды в своих ежемесячных «Оперативных сводках» (так официально назывались эти документы), указывали, сколько надлежало поставить танков по плану и сколько поставлено (то есть принято приемкой) с начала года и за текущий месяц, сколько отгружено с завода. Если среди поставленных имелись машины более ранней сборки (например, среди принятых в декабре были изготовленные, но не принятые в ноябре), то их количество указывалось в примечании. Наряду с числом готовых танков в сводках могли быть сведения о том, сколько КВ находится в заделе на первое число месяца.

Вместе с оперативной сводкой подавалось так называемое «Извещение об отправке продукции с Кировского завода» за тот же месяц. В этих документах (за месяц их могло быть несколько) указывались сведения об отгруженных с завода машинах с указанием их заводских номеров, военного округа и части, в которые они направлялись, даты убытия с завода и номер транспорта (эшелона). Оперсводки за прошедший месяц направлялись в ГАБТУ КА, как правило, не позднее третьего числа нового месяца.

Помимо оперативных сводок за месяц, существовали еще и так называемые декадные сводки (за декаду каждого месяца), составляемые военпредами. В них указывалось количество танков, принятых ОТК завода и военпредами, а также давались сведения о числе отгруженных КВ за декаду с указанием их заводских номеров и места назначения.


Танк КВ преодолевает брод в ходе испытаний. Июнь 1940 года. Хорошо видно, что у отвестия забора воздуха для охлаждения двигателя установлен защитный экран.

Как видно, система учета, приемки и отправки танков КВ (да и другой военной продукции) в Советском Союзе была довольно сложной и многоуровневой. Однако это позволяет очень точно (до машины) разобраться не только в количестве изготовленных боевых машин, но и в том, куда и когда какие из них отправили с завода. К сентябрю 1940 года на Кировском заводе было принято 52 серийных танка КВ, из которых почти половину — 24 машины — составляли КВ-2.

К этому моменту стало окончательно ясно, что «большая башня с системой М — Ю, спроектированная экстренно в период финляндского конфликта, требует больших переделок и доработки». Среди основных недостатков башни назывались ее большая масса, слабый погон, недоработанный поворотный механизм (башня тяжело вращалась) и стопор для крепления «по — походному» (его часто срывало).

По заданию ГАБТУ КА в августе 1940 года конструкторское бюро СКБ — 2 Кировского завода приступило к проектированию так называемой «большой пониженной башни» для установки 152 — мм гаубицы М — 10. В сентябре первый опытный образец такой башни изготовили на Ижорском заводе, установили на танк КВ № У — 7* и в октябре испытали на артиллерийском научно — испытательном полигоне (АН МОП) под Ленинградом.

Результаты были признаны положительными, и Ижорский завод (он выпускал корпуса и башни для КВ) получил задание на организацию серийного выпуска таких башен. По сравнению с первым вариантом, спроектированным в ходе советско — финляндской войны, «большая пониженная башня» для КВ-2 имела меньшие габаритные размеры и массу, а также была проще в производстве. Сначала выпуск новых КВ-2 планировалось начать в октябре 1940 года, но из — за затянувшихся испытаний сделать это не удалось. Военпред А.Шпитанов сообщал по этому поводу:

В октябре месяце должны были танки выпускаться как с малыми башнями, так и с большими. Ввиду неподачи в срок двух образцов пониженных больших башен с Ижорского завода, монтаж и испытание установки артсистемы М — 10 затянулось до 1 ноября. Поэтому во избежание срыва программы октября месяца вынуждены были танки в октябре месяце выпускать только с малыми башнями. Результаты испытания на АНИОПе окончательно еще не известны, но даже при положительных выводах [по] артсистеме М — 10, Кировский завод времени на ноябрьскую программу иметь не будет. Во избежание срыва выпуска ноября, необходимо дать срочные указания Ижорскому заводу о форсированном выпуске малых башен до полного количества по решению Правительства — до 130 штук. ГИЗ в данный момент изготавливает только большие башни.

В ноябре 1940 года Кировский завод сдал 37 КВ, из которых было 25 штук КВ-2 с «пониженными» башнями.

Пик производства КВ в 1940 году пришелся на декабрь — в этом месяце было принято 70 танков КВ, большую часть из которых составляли КВ-2 (62 машины). Правда, танки все еще имели большое число различных недоработок и дефектов. Так, военпреды отмечали следующее количество недостатков у машин ноябрьской и декабрьской сборки, обнаруженных в ходе сдаточных пробегов:

  • Разрегулировался главный фрикцион — 8
  • Разрегулировка тормозных лент и рычагов управления — 21
  • Разрегулировка скоростей и замка КПП
  • Не горит освещение в машине (замыкание и перегорание предохранителей) — 6
  • Отказали в работе стартеры — 4
  • Отказал в работе тахометр — 7
  • Отказал в работе спидометр — 2
  • Разъединение тяг борт, фрикционов, гл. фрикционов и тормозов — 1
  • Течь масла в КПП — 5
  • Течь борт, передач — 2
  • Сгорели подшипники чашек борт, фрикциона — 1
  • Отказал в работе двигатель (поломка масло — помпы и заклинка верт. валика) — 2
  • Отказала в работе 1 — я скорость КПП — 11
  • Сбилась регулировка двигателя — 2
  • Не работает топливомер — 1
  • Плохо работает и не работает гудок — 19
  • Травит воздух в краны редуктора — 6
  • Течь воды в дюритовых соединениях — 3
  • Течь газойля в кране перекрытия баков — 3
  • Течь масла в кран «Зима — лето» — 4
  • Не работает манометр топлива — 8
  • Течь газойля в кран манометра — 5
  • Задевание и заедание тяг борт, и глав, фрикционах — 7
  • Течь масла из поворотного механизма — 3
  • Течь газойля в штуцера — 10
  • Не работают масловодо — аэротермомет — ры — 2
  • Течь масла в штуцера — 11
  • Высокий нагрев борт, фрикциона — 2
  • Прорвало коллектора дизеля по сварному шву — 1

К производству танков КВ-2 Кировский завод вернулся лишь в мае 1941 года — из 70 машин майского выпуска их было 60. Еще 40 КВ-2 сдали в июне, после чего выпуск КВ-2 окончательно прекратили. Таким образом, в 1940 — 1941 годах Ленинградский Кировский завод изготовил 204 танка КВ-2, из них 24 машины имели первый вариант большой башни.

На базе танков КВ-2 не создавалось никаких опытных машин. Единственное исключение — установка на одну из машин (танк № Б — 9680 выпуска декабря 1940 года, отправлен в Горький без вооружения) 107 — мм танковой пушки ЗИС — 6. Это орудие разрабатывалось на заводе № 92 в Горьком для нового тяжелого танка КВ — 3, производство которого должно было начаться в июле 1941 года.

В июне 1941 года 107 — мм пушка ЗИС — 6 была смонтирована в КВ-2 и прошла испытания стрельбой. Однако из — за неготовности танка КВ — 3 к производству и начавшейся войны, все работы по ЗИС — 6 свернули. Судьба танка КВ-2, находившегося на заводе № 92, автору неизвестна.

Еще одной интересной работой, правда, так и не вышедшей из стадии проекта, стала экранировка КВ-2. Дело в том, что постановлением СНК СССР и ЦК ВКП (б) № 548 — 232 сс от 15 марта 1941 года, Кировскому и Ижорскому заводам предписывалось к 1 мая разработать и изготовить два опытных образца танков КВ-1 и КВ-2 с дополнительным броневым экраном толщиной 25 — 30 мм, к 15 мая отработать чертежи и технологию, и с 1 июня начать выпуск экранированных машин. Кроме того, предполагалось заэкранировать ранее изготовленные КВ, находящиеся в войсках.

9 мая 1941 года специально созданная комиссия из представителей Кировского и Ижорского заводов, а также ГАБТУ КА рассмотрела проекты экранировки. Предполагалось корпуса и башни КВ-2 экранировать 25 — мм броней, при этом экраны крепились «болтами диаметром 48 мм (из спец. стали) к броневым планкам толщ. 50 мм, которые привариваются к основной броне. Исключение составляют экраны на лобовой и передний лист корпуса, которые крепятся путем приварки их непосредственно к основной броне».

Общая масса экранов с планками и болтами с учетом надбавки 5% на сварные швы составляла 1305 кг на корпус и 2620 кг на башню КВ-2, а всего на танк дополнительная масса составляла 3925 кг. Учитывая столь значительное увеличение массы КВ-2, Кировскому заводу поручалось «догрузить машину КВ-2 до полного веса с экранировкой и провести ходовые испытания по программе, составленной заводом и согласованной с представителями ГАБТУ КА».

Однако и у представителей промышленности, и у военных, возникли вопросы в необходимости экранировки КВ-2. Машина и так была сильно перегружена, а дополнительная масса брони никак не способствовала повышению ее боевых качеств. Поэтому директор Кировского завода Зальцман направил заместителю наркома обороны СССР Маршалу Советского Союза Кулику письмо с предложением не экранировать КВ-2. Кулик поддержал инициативу завода и 9 июня 1941 года направил члену ЦК ВКП (б) А. Жданову следующий документ:

При разработке экранировки на танк КВ-2 выявились следующие затруднения: наложение экрана весом в 4 тонны перегружает трансмиссию, ходовую часть и приводит к поломкам агрегатов танка.

При испытании опытного танка 150 (КВ-1 с броней 90 мм), догруженного до веса КВ-2 с экраном, в пробеге произошли поломки шестерен коробки перемены передач и скручивание ступицы барабана бортового фрикциона.

Прошу Вас о созыве представителей НКО, НКТМ, НКСП и конструкторов Кировского и Ижорского заводов с материалами по экранированию и испытаниям, для решения вопроса как быть дальше с экранированием КВ-2.

В результате, до начала войны вопрос об экранировке танков КВ-2 так и не был решен, и эти танки в июне 1941 года выпускались без экранов.

Тяжелый Танк СССР

Оцените статью
protank.su
Adblock
detector