Проектирование Танка «Panther» | PzKpfw V «Panther» — Создание Танка | Танк VK 30.01(D) | Танк VK 30.02(M) | Средние Танки Германии

Проектирование Танка «Panther»

Видимо, отправной точкой для проектирования нового танка, ставшего впоследствии известного как PzKpfw V «Panther», стало посещение специальной комиссией из представителей промышленности 2-й танковой армии генерал-полковника Г. Гудериана. Последний осенью 1941 года выступил с инициативой о срочной разработке нового танка, способного бороться с советскими Т-34 и КВ. Состав комиссии, которую возглавлял полковник Фихтнер (глава отдела испытания вооружения управления вооружений сухопутных войск), был весьма внушительным: майор Руден и старший советник Книпкамп (оба из WaPruef 6), профессор Ф. Порше, директор фирмы Steyr доктор Хаккер, доктор Роланд (фирма Vereinigte Stahlwerke), директор фирмы Daimler-Benz Вунтдерлих, директор артиллерийского отдела фирмы Krupp Дорн, ведущий инженер фирмы Henschel Адер, инженер фирмы MAN Освальд и ведущий инженер фирмы Rheinmetall Циммер.

Комиссия прибыла под Москву в штаб 2-й танковой армии 18 ноября 1941 года. Ее встретили офицеры штаба армии во главе с командующим генерал-полковником Г. Гудерианом, который во время первого заседания сказал:

«Во время польской и французской кампаний, а также во время первых боев в России, наши танки имели превосходство над машинами противника. Но уже за Березиной мы столкнулись с тяжелыми танками русских, превосходящими наши и имевшими толстую броню и мощное вооружение.

При нашем дальнейшем движении на восток количество новых тяжелых танков русских становилось все больше, в то время как количество наших боеспособных танков уменьшалось. Это было связано как с возросшими боевыми потерями, так и с малым количеством и медленной поставкой необходимых для ремонта запасных частей. В настоящий момент русские имеют столько же танков, сколько и мы. Но для восстановления утраченного превосходства нам необходим новый более совершенный танк.

Во время кампании в России мы столкнулись с рядом серьезных непредвиденных трудностей — обилие пыли летом приводило к быстрому выходу из строя двигателей, а осенняя распутица сделала дороги совершенно непроходимыми, даже для танков. Для движения по ним требуются танки с меньшим удельным давлением на грунт. Добавила проблем и наступившая зима — отмечаются случаи замерзания гусениц, а глубокий снежный покров затрудняет движение.

На сегодняшний момент в строю осталось 50% автомашин, 75% полугусеничных тягачей и 20% танков [из числа имевшихся к началу кампании]. Еще 20% танков ремонтируются, 30% пришлось списать как безвозвратные потери, а 30% не могут быть восстановлены из-за отсутствия запасных частей.

К началу кампании мы (речь идет о 2-й танковой группе. — Прим. автора) имели 1000 танков, и еще 150 было получено на пополнение в ходе боев. Тем не менее на сегодняшний день из этого количества боеспособно только 150 машин.

Советские 44 и 52-тонные танки (речь идет о Т-34 и КВ. — Прим. автора) вооружены 76,2-мм пушкой и тремя пулеметами… Толщина брони корпуса достигает 80 мм (иногда она усилена до 100 мм), башни — 100 мм. Броневые листы установлены под большими углами наклона, что часто приводит к рикошету даже 88-мм снарядов. Русские танки быстрее и подвижнее наших Pz. Ill и Pz. IV.

К недостаткам танков противника следует отнести отсутствие командирской башенки, из-за чего они имеют плохой обзор, а также то, что на большинстве машин нет радиостанций. Из-за этого советским командирам сложно управлять подразделениями, насчитывавшими более 10 танков.

Для разработки нового типа танка необходимо:

1. Вооружить имеющиеся на вооружении типы танков более мощными орудиями, которые смогли бы пробивать броню русских танков на тех же дистанциях, на которых русские пушки пробивают нашу броню. Это может быть временное решение, так как ни в коем случае нельзя снижать выпуск танков, а на создание новой боевой машины требуется время.

2. Новый танк должен получить толстую броню, новую более совершенную подвеску с широкими гусеницами, мощные вооружение и двигатель… Также должны быть значительно улучшены ходовые характеристики танка».

На приведенных фото хорошо видно, что проект внешне действительно сильно напоминает Т-34.

Модель танка VK 30.01(D) фирмы Daimler-Benz, показанная в 1942 году

В ходе поездки на фронт комиссия полковника Фихтнера посетила поле боя, где осмотрела подбитые советские и немецкие танки, а также встретилась с техниками и ремонтниками 24-го танкового корпуса. 21 ноября 1941 года на заключительной встрече прошло обсуждение требований для проектирования нового танка, основными из которых были признаны усиление вооружения и бронирования, а также повышение проходимости и подвижности.

Результаты поездки комиссии на фронт были доложены «наверх», и уже 25 ноября 1941 года управление вооружений сухопутных войск заключило договор с фирмами Daimler-Benz и MAN на проектирование и изготовление опытных образцов 30-тонного танка, получившего обозначение VK 30.01. Предполагалось создать боевую машину со следующими характеристиками: масса 32,5 тонны, максимальная ширина 3150 мм, высота не более 2990 мм, клиренс не менее 500 мм, бронекорпус с наклонным расположением бронели-стов (лоб 60 мм при 35 градусах, бортовые 40 мм при угле в 50 градусов). Предполагалось установить на танк двигатель мощностью 650-700 л.с., при этом система охлаждения должна была обеспечивать надежную работу при температуре наружного воздуха до +42 градусов (для возможности боевых действий в Северной Африке). Машина должна была преодолевать склоны крутизной 35 градусов и вертикальные преграды высотой 800 мм, развивать максимальную скорость 55 км/ч.

В качестве вооружения предполагалось использовать башню с 75-мм пушкой KwK L/70 -еще 18 июля 1941 года контракт на проектирование башни с таким орудием для 45-тонного танка VK 45.01 (Н) получила фирма Rheinmetall. Последняя получила задание приспособить башню и для установки на шасси VK 30.01.

Здесь следует сделать некоторое отступление и немного рассказать о том, как в Третьем рейхе осуществлялось проектирование и производство бронетехники. Выше уже несколько раз упоминался 6-й отдел испытания вооружения (Waffen-Pruef 6). Наряду с другими аналогичными отделами (в 1944 году их было 13) он входил в состав управления вооружений сухопутных войск. Каждый отдел занимался своей проблематикой (связь, оптика, ракетное оружие и т.д.), и в принципе по назначению и функциям примерно соответствовал главным управлениям, имевшимся в структуре Красной Армии (главное артиллерийское, автотракторное, инженерное и т.д.).

Общее руководство деятельностью отделов осуществлял штаб управления вооружений сухопутных войск, который с апреля 1940 года и до конца войны возглавлял генерал артиллерии Э. Лееб. Общее руководство деятельностью этих отделов осуществлял штаб управления вооружений сухопутных войск, который с апреля 1940 года и до конца войны возглавлял генерал артиллерии Э. Лееб. В свою очередь, сам Лееб подчинялся главному командованию сухопутных войск, которое с декабря 1941 года возглавлял А. Гитлер, а также начальнику Генерального штаба.

Проект танка VK 30.02(M) фирмы MAN. По внешнему виду сильно напоминает будущую Пантеру. | Кликабельно

В задачи управления вооружении входило обеспечение войск в достаточном количестве вооружением, боевой техникой и снаряжением. а также разработка и испытание новых образцов. К началу французской кампании в управлении работало более 25 тысяч человек. большая часть из которых занималась приемкой серийной продукции военного назначения на заводах рейха.

6-й отдел испытания вооружения (его возглавлял полковник Фихтиер. а с конца 1943 года и до конца войны полковник Холышуэр) курировал разработку, испытание и организацию серийного производства новых образцов бронетанкового вооружения, а также армейских автомобилей и тягачей (в дальнейшем в тексте этот отдел для удобства восприятия будет называться «отдел испытаний танкового вооружения». По этим вопросам офицеры отдела тесно сотрудничали с инженерами и конструкторами соответствующих фирм и заводов, разрабатывали тактико-технические требовании для проектирования новых образцов и курировали работу гражданских специалистов.

Деятельностью промышленных предприятий, занимавшихся выпуском военной техники (в том числе и танков) руководило рейхсминистерство вооружения и боеприпасов. 2 марта 1943 года переименованное в рейхсминистр вооружения и военной промышленности. Его деятельностью руководил Ф. Тодт. а после его гибели с 9 февраля 1942 года и до конца войны — Л. Шпеер. В составе рейхсминистерства имелась так называемая «танковая комиссия», которую одно время возглавлял конструктор Ф. Порше. Комиссия была создана как некий совещательный орган для решения вопросов о разработке новых образцов техники и организации серийного выпуска боевых машин. Часто комиссия работала в тесном сотрудничестве с представителями отдела испытаний танкового вооружения, также для работы в ней привлекались офицеры из штаба танковых войск вермахта.

Таким образом, система разработки новых образцов бронетанкового вооружения в Германии выглядела следующим образом. Управление вооружений сухопутных войск в лице отдела испытаний танкового вооружения (Wa Pruf 6) выдавала компаниям задание на разработку того или иного образца. После того как проект был готов, его обсуждали представители Wa Pruf 6 и «танковая комиссия» (или работники рейхсминистерства вооружений), затем изготавливался опытный образец и проводились его испытания под контролем Wa Pruf 6. Если машина удовлетворяла предъявляемым к ней требованиям, ее принимали на вооружение. Решение по этому вопросу принимал лично Гитлер после соответствующего доклада рейхсминистра вооружений или личного осмотра опытного образца. Таким образом, можно сказать, что управление вооружений являлось заказчиком, а рейхсминистерство вооружения — исполнителем. Правда, существовал один нюанс — изготовлением бронетехники (или любого другого оружия) занимались частные компании, с которыми управление вооружений рассчитывалось за произведенную продукцию. В результате рейхсминистерство являлось как бы промежуточным звеном между заказчиком и непосредственным исполнителем — фирмой-производителем. Это, естественно, создавало дополнительную бюрократическую волокиту при решении задач по организации выпуска вооружения и военной техники.

Кроме управления вооружений сухопутных войск и рейхсминистерства вооружения в Третьем рейхе существовала еще одна структура, которая участвовала в работах по созданию новых образцов бронетехники — это штаб генерала-инспектора танковых войск.

Танки VK 30.01(D) и VK 30.02(M) | Кликабельно

Данная должность была утверждена Гитлером 28 февраля 1943 года с назначением на нее генерал-полковника Г. Гудериана (занимал ее до 28 марта 1945 года). В функции генерала-инспектора входили организация и обучение танковых частей, обеспечение фронта личным составом и техникой, распределение изготовленных на предприятиях бронеединиц, обобщение полученного боевого опыта в использовании танковых частей, разработка уставов и наставлений и т.п. Ему подчинялись запасные и учебные части, а также школы и училища танковых войск. Генерал-инспектор танковых войск подчинялся непосредственно Гитлеру.

Новая должность Гудериана не подразумевала его участие в процессе разработки новых образцов бронетехники. Однако, пользуясь своим положением и влиянием («отец германских танковых войск» как-никак), он нередко присутствовал на обсуждении новых проектов и давал свои рекомендации. А то, что Гудериан подчинялся непосредственно Гитлеру, позволяло ему вмешиваться и в вопросы выпуска танков.

Таким образом, система проектирования танков в Германии и организация их серийного выпуска осуществлялась по довольно сложной схеме. Заказ выдавался управлением вооружении сухопутных войск, причем это можно было сделать непосредственно какой-то компании, минуя рейхсминистерство вооружения. С последним требовалось согласовать вопросы серийного выпуска, но при этом требовалось решать часть проблем непосредственно с фирмой-производителем. Кроме того, некоторую так сказать «долю дестабилизации» мог внести в процесс штаб генерала-инспектора танковых войск. Кроме того, следует учитывать, что все указанные структуры имели разную подчиненность — а это требовало довольно четкой организации всей работы. Очень часто это было сделать крайне сложно. в результате чего на решение каких-то проблем или разработку образна затрачивалось много времени, а получаемые на выходе результаты оказывались неудовлетворительными.

Но вернемся к проектированию машины VK 30.01. 9 декабря 1941 года в управлении вооружений прошло первое заседание, на котором рассматривался ход работ по проектированию нового 30-тон-ного танка. При этом выяснилось, что уложиться в заданную массу 32,5 тонны не удается. В результате было решено увеличить массу машины до 36 тонн.

22 января 1942 года в управление вооружений рассматривались эскизные проработки новых боевых машин. Фирма MAN представила только чертежи своего танка пол обозначением VK 30.02 (N1), точнее, только шасси без башни. Инженеры Daimler-Benz, помимо чертежей, показали и деревянную модель танка VK 30.01 (D). Кроме того, на заседании была рассмотрена и модель танка, созданная по требованиям управления вооружения.

Испытания первого шасси Пантеры Versuchs-Panther V1. Вместо башни смонтирована рубка.

Модель Daimler-Benz «внешне очень походила на советский Т-34 и имела такую же компоновку — двигатель, коробка передач и ведущие колеса сзади, боевое отделение в центре, отделение правления спереди». В результате этого лобовые листы корпуса были установлены под большими углами наклона к вертикали. В ходовой части использовались опорные катки большого диаметра, расположенные в шахматном порядке, но на листовых рессорах. Фирма также предлагала башню своей конструкции с 75-мм «рейнметалловской» пушкой KwK L/70.

Проект фирмы MAN имел обычную для немецких танков того времени компоновку с задним расположением двигателя и передним -трансмиссии и ведущих колес. Эти шасси, как и представленная модель танка, разработанного в управлении вооружений, внешне походили на Pz.IV, но с шахматным расположением опорных катков ходовой части.

Здесь следует сказать, что между фирмами MAN и Daimler-Benz существовала довольно жесткая конкуренция при разработке нового танка. Ведь та фирма, чей проект принимался к серийному производству. и получала основной заказ на изготовление новой боевой машины, и контролировала работу других предприятий, приатекае-мых к изготовлению нового танка. Соответственно, все это обеспечивало большие финансовые вливания — а государственные заказы всегда были желанными для любых фирм в любое время, и тогда, и сейчас.

Кроме того, необходимо сказать об особенностях производства танков в Германии во время Второй мировой войны, отличавшихся от системы, принятой у нас в стране. Дело в том, что в Советском Союзе разработка новой боевой машины велась одним предприятием, которое проектировало танк полностью — и бронекорпус, и трансмиссию, и установку вооружения. При организации серийного производства изготовление части узлов и агрегатов передавалось другим заводам-смежникам, которые вели их выпуск по чертежам головного предприятия (исключение составляли двигатель, вооружение, электрооборудование и радиостанция). Такое положение дел позволяло сосредоточить, что называется, в одних руках весь процесс проектирования и производства. что позволяло достаточно оперативно решать возникающие технические и технологические проблемы.

Шасси Versuchs-Panther V1, в дальнейшем, использовалось для различных опытных образцов.

В Германии дело обстояло несколько иначе. Фирма-разработчик занималась фактически проектированием шасси танка, при этом чаще всего для трансмиссии использовались агрегаты и механизмы (коробка передач, механизмы поворота и т.д.), созданные другими фирмами. Так же обстояло и с башней — как правило, ее разрабатывали кампании, занимавшиеся выпуском вооружения (например. Rhcinmetall). Такая система значительно увеличивала сроки проектирования новых танков, так как требовалось время на согласование тех или иных чертежей между несколькими фирмами. В этом случае были проблемы и при организации серийного выпуска — при перебоях с получением каких-то агрегатов или узлов с фирмы-смежника (например, при бомбежке последней авиацией союзников) программа выпуска танков оказывалась под угрозой срыва. Кроме того, также требовалось время на согласование чертежей и технологии между предприятиями при внесении изменений в конструкцию боевой машины.

23 января 1942 года проекты новых танков фирм MAN и Daimler-Benz с необходимыми пояснениями и комментариями были показаны Гитлеру, который должен был принять решение о том, какую машину рекомендовать к серийному производству. Однако фюрер не смог прийти к какому-то определенному мнению, и распорядился изготовить к маю 1942 года по одному опытному образцу танков VK 30.02 (М) фирмы MAN и VK 30.01 (D) Daimler-Benz.

Рейхсминистр вооружения и боеприпасов Ф. Тодт, понимая сложности выбора одного из проектов нового танка, предпринял попытку провести стандартизацию обеих проектов. Встреча представителей фирм MAN и Daimler-Benz была назначена на 2 февраля 1942 года. Но за несколько дней до нее -28 января — руководство Daimler-Benz (член совета директоров компании Киссель и директор головного предприятия Оберлендер) по собственной инициативе провели совещание с рейхсминистром Толтом и полковником Фихтнером. начальником отдела испытаний танкового вооружения управления вооружений сухопутных войск.

В ходе обсуждения проекта VK 30.01 (D) Фихгнер настаивал на использовании торсионной подвески. считая ее более удачной, а также высказался против предложенной компоновки машины (с задним расположением ведущих колес и трансмиссии) и указал на то, что гусеницы Daimler-Benz уже, чем предлагаемые в проекте MAN. В целом Фихтнер выступал против VK 30.01 (D), выступая за машину VK 30.02 (М) разработки MAN. Такое обстоятельство объяснялось тем, что «мановские» инженеры тесно сотрудничали с военными из управления вооружений. и представители последней, естественно, всячески поддерживали «свою» фирму.

Моторно-трансмиссионное отделение второго образца Пантеры Versuchs-Panther V2

Однако руководство Daimler-Benz не сдалось — на следующий день, 29 января 1942 года, они вновь встретились с Ф. Тодтом и сумели его убедить в превосходстве своего проекта. В частности. Киссель заявил, что подвеска на листовых рессорах позволяет не только СНИЗИТЬ общую ВЫСОТА’ машины на 200 мм. но и позволяет обойтись без амортизаторов, необходимых при использовании торсионов. Что касается более узких гусениц, то это компенсировалось большей длиной опорной поверхности, чем у предлагаемой машины MAN, в результате чего удельное давление у Daimler-Benz оказалось меньше. Кроме того, отстаивая проект своей фирмы. Киссель сказал:

«Наша машина имеет значительно лучшие ходовые качества и проходимость на местности и при преодолении противотанковых препятствий. Размещение трансмиссии и ведущих колес сзади позволяет не только увеличить объем боевого отделения, но и установить лобовые листы со значительными углами наклона, что повышает их сна-рядостой кость. Помимо карбюраторного двигателя Maybach. на нашем танке можно установить разрабатываемый Daimler-Benz дизель MB 507».

Кроме того. Киссель заметил, что предлагаемое Тодтом сотрудничество его фирмы и MAN не принесет результатов, и подчеркнул, что спроектированный на Daimler-Benz танк полностью соответствует выдвинутым военными требованиям. Он также заявил, что не сомневается в том, что VK 30.01 (D) будет принят на вооружение, а завершающие работы по его проектированию фирма Daimler-Benz проведет за свой счет.

В результате рейхсминистр Ф. Тодт одобрил проект VK 30.01 (D), и согласился с тем. что от сотрудничества между двумя фирмами следует отказаться. Кроме тою. Киссель договорился с Тодтом о том. что последний поддержит их проект в переговорах с Гитлером. Также стороны договорились о том. что к концу июня — началу июля 1942 года Daimler-Benz изготовит пять прототипов VK 30.01 (D), при этом на первом из них предполагалось установить дизель М В-507. Обрадованный таким удачным поворотом событии, председатель совета директоров Daimler-Benz Киссель 3 февраля 1942 года сообщал одному из директоров своей фирмы:

«Конечно, вам будет приятно слышать, что мне удалось убедить рейхе министра принять решение в пользу предложенного нами нового танка. Когда об этом узнают господа из управления вооружений и MAN, они будут очень удивлены».

Действительно, поддержка Тодтом проекта VK 30.01 (D) стала неприятным сюрпризом для фирмы MAN и стоящих на их стороне представителей управления вооружений. Один из конструкторов MAN вспоминал об этом:

«2 февраля 1942 года, прибыв на встречу с представителями Daimler-Benz мы узнали, что встреча отменена, а Кисель сумел убедить рейхсминистра Тодга принять их проект без изменений. Доктор Книпкамп был сильно удивлен таким решением.

Позже полковник Фихтнср сообщил нам, что Daimler-Benz получил разрешение на изготовление нескольких прототипов.

Wa Pruef 6 по-прежнему продолжил детальное обсуждение нашего проекта. Но во вторник вечером полковник Фихткер сообщил нам. что после дальнейших обсуждений рейхсминистр Тодт распорядился о подготовке к серийному производству».

Тем не менее от проекта MAN пока никто не отказывался, и обе фирмы 3 февраля 1942 года получили от управления вооружений распоряжение — представить окончательные проекты машин для рассмотрения через месяц.

Таким образом, казалось, что для проекта танка фирмы Daimler-Benz все складывается благоприятно. И возможно эта машина действительно пошла бы в серию, но при несколько иных обстоятельствах. Но, как известно, история не любит сослагательных наклонений…

Историю танка PzKpfw V «Panther» вы можете посмотреть тут.

Оцените статью
protank.su
Adblock
detector